Дробление бизнеса в 2026 году: признаки и риски

В 2026 году тема дробления бизнеса вновь становится одной из самых чувствительных для малого и среднего бизнеса. Причина — изменение налоговых правил. Для компаний и ИП на УСН порог доходов для освобождения от НДС снижен до 20 млн рублей, а для патентной системы установлен новый лимит доходов — 20 млн рублей на 2026 год. На этом фоне у налоговых органов появится больше оснований проверять, не разделён ли фактически единый бизнес между несколькими компаниями или ИП только ради сохранения льготного режима и снижения налоговой нагрузки.

При этом важно понимать главное: само по себе создание нескольких юридических лиц, регистрация ИП или распределение направлений бизнеса по разным структурам не означает нарушения. Ключевой вопрос в другом — есть ли у такой модели реальная деловая цель и фактическая самостоятельность, либо её основная задача сводится к налоговой экономии.

С 1 января 2026 года организации и ИП на упрощенной системе налогообложения освобождаются от НДС, если их доход за 2025 год не превысил 20 млн рублей. Далее порог снижается поэтапно: до 15 млн рублей в 2027 году и до 10 млн рублей с 2028 года. ФНС также разъясняет, что освобождение предоставляется автоматически, без отдельного уведомления.

Для патентной системы правила тоже ужесточены. По разъяснениям ФНС, после изменений, внесенных Федеральным законом от 28 ноября 2025 года № 425-ФЗ в п. 6 ст. 346.45 НК РФ, применять ПСН в 2026 году нельзя, если доход за 2025 год либо доход с начала 2026 года превысил 20 млн рублей. В 2027 году лимит снижается до 15 млн рублей, с 2028 года — до 10 млн рублей. Превышение лимита ведет к утрате права на патент.

Именно поэтому риск искусственного деления бизнеса объективно возрастает. Когда компания или предприниматель приближаются к лимитам, возникает соблазн перераспределить выручку, персонал или активы между несколькими субъектами, чтобы сохранить спецрежим. Но если такое разделение не имеет самостоятельной экономической логики, оно может быть признано схемой дробления бизнеса.

Отдельно нужно учитывать налоговую амнистию по дроблению бизнеса. По разъяснениям ФНС, она касается проверок за 2022–2024 годы, решения по которым не вступили в силу на 12 июля 2024 года, если выявленные нарушения связаны с дроблением бизнеса. Если налогоплательщик отказался от схемы с 1 января 2025 года, амнистия может охватить 2022–2024 годы. Если отказ произошел только после назначения выездной проверки за 2025 и (или) 2026 годы, амнистия распространяется на 2022–2023 годы, а обязательства за 2024 год нужно уточнить.

ФНС рассматривает дробление бизнеса как ситуацию, при которой единая предпринимательская деятельность формально распределяется между несколькими организациями или ИП, контролируемыми одними и теми же лицами, а основная цель такого разделения — снижение налоговой нагрузки.

Для инспекции обычно важен не один формальный маркер, а совокупность обстоятельств. ФНС прямо указывает, что правомерность действий оценивается по общей картине: есть ли единый центр контроля, раздроблен ли единый процесс, обладают ли участники группы самостоятельностью, используют ли они общие ресурсы и контрагентов.

Ориентиром для проверок по-прежнему остается письмо ФНС России от 11 августа 2017 года № СА-4-7/15895@, а для амнистии — рекомендации, доведенные письмом ФНС России от 18 октября 2024 года № СД-4-2/11836@ в связи со ст. 6 Федерального закона от 12 июля 2024 года № 176-ФЗ.

По сути, признаки дробления можно свести к нескольким крупным блокам.

Инспекция проверяет, не распределён ли один и тот же бизнес-процесс между несколькими компаниями или ИП, применяющими специальные налоговые режимы, вместо того чтобы деятельность вёл один субъект на общем режиме. Дополнительный риск возникает, если после такого разделения налоговая нагрузка группы снизилась либо почти не изменилась, хотя сама деятельность расширилась.

Для ФНС также важно, кто получает основную выгоду от структуры. Если фактическим бенефициаром остаётся один и тот же человек, группа лиц или единый центр управления, это воспринимается как серьёзный индикатор риска.

Налоговые органы оценивают взаимозависимость лиц по статье 105.1 НК РФ. К числу взаимозависимых, в частности, относятся супруги, родители и дети, братья и сёстры, опекун и подопечный. Кроме того, для целей налогообложения учитывается и возможность одного лица влиять на решения другого.

На практике внимание ФНС привлекают общие учредители и руководители, родственные связи между владельцами, служебная подчинённость, аффилированность, единое фактическое руководство и централизованное принятие решений.

Под подозрение попадают ситуации, когда несколько организаций или ИП занимаются одним и тем же видом деятельности, создаются почти одновременно — например, незадолго до расширения бизнеса, найма сотрудников или роста выручки, — а затем фактически продолжают работать как единая структура.

Риск усиливается, если сотрудники формально переводятся между компаниями, но их функции по существу не меняются, а сами участники группы оплачивают расходы друг за друга или используют общие ресурсы без нормального рыночного оформления.

Для инспекции негативно выглядят ситуации, когда несколько компаний используют одни и те же помещения, склады, оборудование, производственные площадки, кассовую технику, терминалы, банковскую инфраструктуру, телефоны, электронные адреса, сайты, вывески, бренды и иные элементы внешнего присутствия.

Отдельно оценивается единый кадровый контур: общие сотрудники, единая бухгалтерия, общие юристы, кадровики, логисты, закупщики, отдел продаж или служба подбора персонала. Если интересы всех участников группы в госорганах и перед контрагентами представляет один и тот же человек или одна и та же команда, это работает против налогоплательщика.

Серьёзным признаком риска считается отсутствие у отдельных компаний или ИП собственных основных средств, оборотных активов, работников, счетов, расходов и иной самостоятельной инфраструктуры. Если участник группы существует только формально, но не обладает собственными ресурсами для ведения деятельности, налоговая может сделать вывод о фиктивности его роли в бизнесе.

ФНС анализирует, кто является поставщиками и покупателями у каждой компании. Риск повышается, если у участников группы одни и те же поставщики и клиенты, если одна компания является единственным поставщиком или покупателем другой компании из той же группы, либо если контрагенты распределяются между участниками только в зависимости от применяемого налогового режима.

Также учитывается единство хозяйственного процесса: один склад на несколько компаний без чёткого разграничения, общий товарный поток, единая модель продаж, отсутствие реального функционального разделения между производством, оптом, розницей или сервисом.

Инспекция обращает внимание, когда выручка, численность персонала, площадь помещений, стоимость основных средств или иные показатели у нескольких участников группы подозрительно близки к лимитам, позволяющим сохранять право на УСН или ПСН. Дополнительным аргументом для ФНС могут стать снижение рентабельности, прибыли или иные аномалии в показателях после появления новых компаний.

Разделение бизнеса само по себе не запрещено. Законной такая модель может быть тогда, когда у неё есть реальная деловая цель, а не только налоговый мотив.

Подход статьи 54.1 НК РФ сводится к тому, что основной целью сделки или структуры не должна быть неуплата или неполная уплата налога. Поэтому для бизнеса принципиально важно показать, что каждая компания в группе имеет собственную экономическую функцию и самостоятельную ценность.

Наиболее убедительно выглядит структура, в которой у каждой компании есть:

На практике законным может быть, например, разделение производства, опта и розницы, выделение внешнеэкономического направления, обособление рискованного сегмента от бизнеса, на котором сосредоточены основные активы, или выделение разных самостоятельных продуктов. Но в таких случаях деловая цель должна подтверждаться не только словами, но и документами, и фактической работой.

Налоговые органы используют не только сведения из ЕГРЮЛ, отчётности и договоров. В официальных материалах ФНС подтверждается применение автоматизированных систем налогового контроля, прежде всего АСК НДС-3, которая позволяет видеть цепочки контрагентов, в том числе на предмет взаимозависимости, подконтрольности и аффилированности, расхождения по НДС и признаки искусственных звеньев в сделках.

В материалах проверок также могут учитываться цифровые и технические совпадения. ФНС прямо указывала на случаи, когда управление денежными потоками взаимозависимых лиц велось через один IP-адрес и MAC-адрес, а налоговая и бухгалтерская отчетность передавалась по одним и тем же каналам связи. Сам по себе такой факт не доказывает нарушение автоматически, но может стать элементом доказательственной базы.

Если инспекция докажет, что бизнес был искусственно разделён ради налоговой выгоды, налоги пересчитают так, как если бы деятельность вёл один субъект. Это означает доначисление налогов, пеней и штрафов.

При установлении умысла штраф по пункту 3 статьи 122 НК РФ составляет 40% от суммы недоимки. Пени начисляются по правилам статьи 75 НК РФ.

Помимо налоговых последствий, возможна административная ответственность. Статья 15.11 КоАП РФ применяется при грубом нарушении требований к бухгалтерскому учёту, в том числе если из-за искажения учётных данных суммы налогов занижены не менее чем на 10%.

При крупной недоимке возникают и уголовные риски. Для физического лица, в том числе ИП, крупный размер по статье 198 УК РФ начинается с суммы свыше 2,7 млн рублей за период в пределах трёх финансовых лет подряд. Для организаций крупный размер по статье 199 УК РФ — свыше 18,75 млн рублей за тот же период. В зависимости от состава и обстоятельств дела санкции могут включать лишение свободы.

Безопаснее исходить не из вопроса, как формально разделить выручку, а из вопроса, зачем бизнесу объективно нужна именно такая структура.

Если разделение действительно связано с разными функциями, продуктами, рынками, рисками или операционными процессами, это должно подтверждаться документами и фактической работой. Такой подход соответствует логике ст. 54.1 НК РФ и позиции ФНС о необходимости деловой цели.

Если у каждой компании есть самостоятельная функция, это должно быть видно из корпоративных решений, бизнес-плана, договоров, штатного расписания, адресов, финансовой модели и фактической деятельности.

На практике риск снижают следующие меры:

• заранее зафиксировать деловую цель разделения в решениях участников, протоколах и внутренних документах;
• выстроить раздельный бухгалтерский и налоговый учёт по каждой компании;
• оформлять все внутригрупповые отношения полноценными договорами на рыночных условиях;
• не допускать постоянного финансирования одной компании другой без понятной экономической причины;
• по возможности разделить персонал, помещения, адреса, каналы продаж и контрагентские потоки;
• заранее готовить пояснения по пересечениям, если общий поставщик, общий адрес или общий склад объективно обусловлены рынком, технологией или логистикой.

Чем меньше признаков единого центра управления и формального перераспределения ресурсов, тем устойчивее позиция налогоплательщика.

Легальная альтернатива рискованному дроблению — корректный выбор налогового режима и использование предусмотренных законом льгот. Для малого бизнеса это может быть более безопасным решением, чем искусственное разделение структуры.

Если инспекция зафиксировала признаки дробления, автоматически соглашаться с выводами проверки не следует. На акт проверки можно подать письменные возражения в течение одного месяца со дня его получения. Если решение вынесено не в пользу налогоплательщика, его можно обжаловать в вышестоящий налоговый орган. Жалоба на вступившее в силу решение подаётся в течение одного года со дня его вынесения.

В защите обычно работают четыре группы доказательств:

1. организационные документы, подтверждающие цели создания каждой компании;
2. финансовые документы, показывающие самостоятельность и разную экономику направлений;
3. доказательства операционной самостоятельности — собственные сотрудники, счета, расходы, договоры и каналы сбыта;
4. пояснения по совпадающим контрагентам, адресам или ресурсам, если такие совпадения имеют объективное объяснение.

Судебная практика показывает, что формальный набор совпадающих признаков ещё не гарантирует победу инспекции. Значение имеет общая картина: действительно ли компании вели самостоятельную деятельность или же существовали только для перераспределения выручки и сохранения спецрежима.

Дробление бизнеса не всегда незаконно. Незаконной становится схема, при которой формально создаются несколько компаний или ИП, а по существу продолжается деятельность одного бизнеса ради сохранения специального налогового режима или снижения налоговой нагрузки.

В 2026 году риск претензий со стороны ФНС возрастает из-за снижения порогов по УСН и ПСН. Поэтому любые структурные изменения бизнеса должны быть экономически обоснованы, документально подтверждены и реально работать на практике.

В спорах о дроблении решают не отдельные лозунги о деловой цели и не один-два формальных признака, а совокупность доказательств: как устроен бизнес, кто им управляет, чем располагает каждая компания, как оформлены отношения внутри группы и есть ли у разделения самостоятельный экономический смысл.

Если вы хотите поделиться своим опытом с читателями или заметили ошибку в тексте, напишите нам: buh@uchet.pro

Если у вас возникли вопросы, нужна налоговая консультация бухгалтера или надёжная и удобная бухгалтерия с поддержкой специалистов из разных областей, позвоните нам по телефону +7 (495) 999-43-23, напишите в WhatsApp или оставьте заявку через форму на сайте.